В духовных школах тоже бывают приколы :)
Из воспоминаний одного деревенского батюшки о семинарской молодости
Середина 80-х. Годовой акт в Питерской Академии. Делегация от Грузинской семинарии дарит «картыну на цэрковную тэму». После акта инспектор иеромонах Феофан (Галинский) говорит студенту Андрею З.:
– Андрей, возьми эту мазню «на цэрковную тэму» и отнеси в канцелярию!
– А дальше, что?
– Положим за шкаф и года через два подарим Московской Академии!
Великая Пятница. Преподаватель Миронович Игорь Цезаревич читает паремию из пророка Иезекеиля о «сухих костях». По возвращении в алтарь диакон Андрей Чижов говорит Цезарю:
– Кости сегодня были первый сорт!
После богослужения на Троицу инспектор иеромонах Феофан (Галинский) с березовыми ветвями зашел в канцелярию, где находился студент Сергей Трухачев.
– Отец Феофан, Вы прям как из бани!
– Что, лицо красное?
– Нет, веник под мышкой!
Середина 80-х. Секретарем епархии был тогда архимандрит Мануил (Павлов). Отец Софроний ведет урок. Входит семинарист Петр Сологуб.
– Отец Эммануил сказал, что+
– Кто ???!!!
– Отец Эммануил !
– Вернись и скажи ему: «С нами Бог !!!».
Архиепископ Тихвинский Мелитон причащает в Свято-Троицком соборе. Подходит некая раба Божия и громко возглашает на весь храм:
– Тайная схиигуменья Ефросиния!
Владыко кротко замечает:
– Так что ж орешь, если тайная?
Учились в Академии два студента – очень толстый В. и очень худой К.
К.: – «Братья, гляньте на В.: постов не соблюдает – вишь, как разнесло от тайноядения!»
В.: – «А ты от мыслей блудных совсем усох!»
Идет чередное богослужение в академическом храме. Молодой диакон Иван П. не вовремя возглашает: «Прему-у-дрость!»
Преподаватель богослужебной практики отец Софроний ему в тон: «Пред-у-урость!»
Конец 60-х годов. Идет богослужение в академическом храме. Семинарист-первоклассник читает в первый раз. Доходит до места «ДЕВА РОДИЛА» (по-славянски «ДЕВА» пишется «ДВА» со знаком сокращения) и читает:
– ДВА РОДИЛА+
Инспектор Лев Парийский: СКОЛЬКО РОДИЛА ?!
– ДВА!
– СКОЛЬКО-О-О ???!!!
– ДВА!
– ВО-О-О-Н !!!!!
Ректор Академии Архиепископ Выборгский Кирилл вышел с духовенством на литию в академическом храме. Диакон произносит ектенью и вместо «О благостоянии Святых Божиих Церквей+» читает «О благоСОСТоянии+». Отец Ливерий Воронов, стоя слева от ректора, вслух замечает: «Господи! И об этом, конечно, нужно молиться, но не так же громко!»
Иеромонах Софроний (Смук) плохо видит. Иеромонах Феодосий (Коротков) плохо слышит. Сидят они в алтаре перед службой. Вдруг заходит иеромонах Иннокентий (Павлов). Отец Софроний показывает на себя: «Слепой есть!», показывает на о.Феодосия: «Глухой есть!» и указывая на пришедшего о.Иннокентия: «Вот и расслабленный явился!».
Объявление за обедом.
«Следующие воспитанники: ФЕЦУХ, ПЕЦУХ, БЗДЕЛЬ И НЮНЯ срочно подать объяснительные!»
(Фамилии подлинные)
Поступил в 1-ый класс семинарии один хлопец из Западной Украины по фамилии БЗДЕЛЬ. Русские студенты спрашивают своих украинских сокурсников:
– А что означает по-украински «БЗДЕЛЬ»?
– Да то же, что и по-русски!
Семинарист БЗДЕЛЬ был назначен главным алтарником в академическом храме. Перед каждой службой в алтаре проходил следующий диалог. Благочинный иеромонах Софроний (Смук), зайдя в алтарь:
– БЗДЕЛЮ! БЗДЕЛЮ-Ю!! БЗДЕЛЮ-Ю-Ю!!! Пидь до менэ!
– Шо, отэц Софроний?
– БЗДЕЛЮ! Шо ты зробив?
– Так ничого я ни зробив, отэц Софроний!
– БЗДЕЛЮ, мовчи! Я тоби шо казав?! А ты, БЗДЕЛЮ, шо зробив?! Ну, шо ты БЗДЕЛЮ мовчишь?!!! А, БЗДЕЛЮ?!!!
В конце концов, семинарист БЗДЕЛЬ женился и взял фамилию жены.
Идет чередное богослужение в академическом храме. На входе вечерни молодой диакон судорожно хватает напрестольное евангелие. Отец Софроний: – «Дурак! Положь Евангелие!»
Как вспоминают старые выпускники Питерской Академии, инспектор Лев Парийский очень не любил, когда при нем упоминали о Московской Академии. Он тогда начинал приговаривать:
– «Тьфу, на Москву, тьфу на Москву!
Сидят в лесу, молятся колесу!».
Если к инспектору Академии Льву Парийскому, выпускнику еще дореволюционной Санкт-Петербургской Академии, походил студент и спрашивал:
– Можно мне сегодня попозже вернутся в Академию, я девушку провожаю?
– Что-о? Девушку?! Нельзя!!! Тьфу-тьфу!
А если студент спрашивал по другому:
– Можно мне сегодня попозже вернутся в Академию, я барышню провожаю?
– Барышню? Пожалуйста!
Раньше студенты Академии питались отдельно, в нижней столовой. Сидели по 4 человека за одним столом. Столов не хватало, поэтому ели поочередно. За стол, где уже сидело четверо, подсел пятым на угол студент Владимир С.
– Володенька на угол сел, не женишься!
– Зато наемся, а это сейчас главное!
Студент Владимир С. был в гостях у одной старушки. Зайдя в комнату, он увидел большущее блюдо с дымящимися пирогами.
– О, пирог-г-г-и-и!
– Володенька, а как же насчет умерщвления плоти?
– А счас мы её и будем умерщвлять! Пирог-г-г-гами!!!
Лекция по Нравственному богословию. Отец Александр Ранне объясняет, что термин «любовь» в древнегреческом языке передавался словами «агапи», «эрос» и «филия». Поясняет их различие. В конце спрашивает, понятно ли. Встает семинарист Степан Б. и говорит:
– Отец Александр! У нас в украинском языке тоже есть два термина – «кохать» и «любить». Кохать нужно дивчину, а любить можно и корову!
Преподаватель по Ветхому Завету Тихомиров Борис Алексеевич спрашивает семинариста: «Скажите, какая была самая первая заповедь у прародителей в раю?». Тот, ничтоже сумняшеся, отвечает: «Плодитесь и размножайтесь в поте лица своего!»
Преподаватель по Литургике отец Евгений Ждан, прощаясь с семинаристами, которые разъезжались на рождественские каникулы, на последнем занятии предупредил: «Братья! Внимательно с невестами, на Святках (время от Рождества до Крещения) венчаться нельзя!»
– А шукать (т.е. «искать» по-украински) можно?
– Что-о?!! Щупать?!.. (пауза) Можно! Только осторожно!
В середине 80-х группа студентов Академии на каникулах была в Новосибирске. Сопровождающий их местный священник показывает город:
– Вот наш новый кафедральный собор!
– А старый где?
– Взорвали.
– А кто?
– Кто-кто?! Фашисты!!! При отступлении!
Преподаватель по Литургике отец Евгений Ждан все время говорил семинаристам: «Братья, учите хорошо Церковный Устав, иначе будете служить, руководствуясь главой «аще изволит настоятель», а настоятель изволит творить беззаконие!!!»
Преподаватель по Литургике архимандрит Евгений (Ждан) был назначен епископом Тамбовским. В Академии тут же родилась пословица: «Тамбовский Ждан тебе товарищ!»
Идет экзамен по Истории Западных вероисповеданий. Архимандрит Августин спрашивает студента Мишу П.: «Кто является основателем протестантизма?». Миша молчит. Ассистент Николай Державин тайком от о.Августина тихонько шепчет: «Мартин+»
– «Мартин Лютер Кинг!!!», радостно выпаливает Миша.
Был в Академии дежурным помощником инспектора о.Николай Преображенский. Студенты прозвали его «Лосем» за легкую схожесть с этим животным, а также за некоторую «задумчивость». Лось, разыскивая секретаря митрополита, звонит по телефону в резиденцию владыки и нарывается на самого митрополита. Владыко устраивает Лосю разнос, в продолжении которого «профессор ЛОСский» только мямлит в трубку: «Да, Владыко! Простите, Владыко! Извините, Владыко!» Потом кладет трубку и, глядя на телефон, говорит: «До свидания, Владыко!»
Преподаватель церковного пения иеромонах Ионафан (Елецких) руководил смешанным хором. Однажды его заменила Любочка Бейдерман, которая отличалась тем, что, носила белый платок на манер сестер милосердия. Одна старушка, не распознав со спины, кто управляет хором, сказала другой прихожанке: «Гляди-ка, Ионафану митрополита дали!»
Иеромонах Ионафан (Елецких) руководил смешанным хором. Однажды регентши так плохо спели, что он, обращаясь к ним, сказал в сердцах: «Я вас два года за титьки дергаю, а Вы мне молока не даете!» Регентши стуканули о сем митрополиту, после чего о.Ионафану пришлось возглавить мужской хор.
О.Сергий Кузьмин на уроке Ветхого Завета опрашивает семинаристов. Кто не знает, того он оставляет стоять. Когда больше половины класса оказывается в стоячем положении, о.Сергий говорит: «Ну что, отцы столпники-экзегеты?!»
Среди семинаристов пошла мода повязывать, поверх подрясников, матерчатые пояски с надписями «Святой такой-то, моли Бога о нас». На лекции о.Сергий замечает такого студента – Василия Ш., поднимает его и говорит: «Василий, поясок-то этот бабий и носится под исподнее. А Вы его на подрясник нацепили. Вот станете Вы священником, поедете на приход и будут Вами все умиляться, пока кто-нибудь возьмет да и брякнет: А поясок-то бабий! Ну, прям, как в сказке: А король-то голый!»
Больше семинаристы поясков не носили.
На уроке Ветхого Завета семинарист Вячеслав Д. рассказывает о.Сергию о семье Лота и доходит до того места, когда две дочери Лота подпаивают вином своего отца.
– И что же было дальше?
– А дальше начали они к отцу по очереди заходить.
– Что ты Слава! Что ты!! Одна без очереди зашла!!!
На уроке Ветхого Завета о.Сергий спрашивает семинариста К., а тот в ответ стоит и молчит, как партизан.
– Послушайте К., зачем Вы в семинарию пришли?
– Учиться.
– Учиться???!!! Да Вы только штаны протираете, место занимаете! Шли бы себе в родной колхоз «Красный Лапоть» трактористом работать, глядишь, и пользу обществу приносили бы!
Ректор Архиепископ Кирилл на кафедру древних языков в Академию пригласил молодого преподавателя из университета Авакумов Юрия Петровича. До начала занятий он с интересом читает статьи на стендах в коридоре Академии. Мимо бежит семинарист Пущак, принимает Авакумова за поступившего первоклассника, подскакивает к нему, хватает за ус и выговаривает: «А, молодой! Много тебе еще здесь учиться, чтоб это все понять!» и бежит дальше.
Одна из первых лекций в новом году у Пущака была по латинскому языку, где он имел счастье лицезреть нового преподавателя.
Новый преподаватель по латинскому языку Авакумов Юрий Петрович пришел на свою первую лекцию. В профессорской ему объяснили, что в начале читается молитва, а потом идет лекция. Входит Авакумов в аудиторию. Один из семинаристов начинает читать положенную молитву «Царю Небесный». Авакумов стоит. Затем студент продолжает читать «Трисвятое». Авакумов не реагирует. Чтец доходит до «Отче наш». Авакумов терпеливо стоит. Тогда студент открывает Часослов и начинает читать часы. В общем, студенты молились, где-то около 30 минут, затем милостиво дали преподавателю 15 минут на лекцию. После звонка прочитали быстро «Достойно есть» и разбежались.
В профессорской Юрий Петрович спрашивает:
– «А почему в начале занятия так долго молятся, а в конце так быстро?»
В застойные годы группа семинаристов приехала в Псково-Печерский монастырь. Поселились в общей келье. Вечером разговорились, да так, что на шум пришел старый монах – архимандрит Нафанаил.
– Это что за шум? Вы не по-монастырски себя ведете! Если Вы так себя вести будете, эдак мы и к коммунизьму придём!
Закончилась служба в храме. Протодиакон Алексий Д. закрывает царские врата в алтаре. К нему подскакивают иподиакона.
– Что вы делаете?! Там ведь отец Богдан Сойко остался!
– Богдан хохол! В любую щель пролезет!
Во время лекций дежурный помощник инспектора иеромонах Маркелл (Ветров) сталкивается в коридоре общежития с семинаристом, у которого нога обвязана бинтом.
– Ты, почему не на лекции?
– Ну, это+ Голова болит!
– А почему повязка на ноге?!
– Сползла!
Был одно время в Академии дежурным помощником инспектора иеромонах Венедикт (Кантерс). Студенты прозвали его «Бенедиктус фруктус», что на латинском языке означает «благословенный плод» ( из молитвы «Богородица Дева, радуйся!»)
Собрались сектанты на молитвенное собрание.
– А сейчас, дорогие братья и сестры, давайте все вместе споем радостную псальму: «Как грустно на сердце порою!»
Идет служба в академическом храме. Молодой диакон выходит на первую свою ектенью и начинает её истошным голосом. В алтаре иеродиакон Арсений (финн по национальности) говорит иеродиакону Александру:
– «Он ттумает, што Покк екко не слышитт!»
Разговор в профессорской:
– У нас не Академия, а просто птичник какой-то! Отец Богдан СОЙКО, отец Ливерий ВОРОНОВ, отец Андрей ЧИЖОВ!
Протоиерей Георгий Тельпис на лекции по Новому Завету дает толкование евангельского сюжета.
– Кстати, в Эрмитаже есть картина на эту тему.
– К., Вы видели в Эрмитаже картину? – спрашивает он семинариста К.
– Нет, не видел.
– Но в Эрмитаже – то Вы были?
– Нет.
– А где в Питере Вы были?
– Ну + (пауза).
– В Гостином дворе были?
– Был.
– В Пассаже были?
– Был.
– В ДЛТ (Дом Ленинградской Торговли) были?
– Был.
– В пивбаре на Полтавской были?
– Бы+ то есть не был!
После Чернобыльской катастрофы специально для населения пострадавших районов начали выпускать вино с йодом. Партия такого кагора попала в Академию. При добавлении теплоты (кипятка) в чашу по всему алтарю распространялся специфический запах йодоформа. Особенно недовольны были диакона, которым после Литургии приходилось потреблять оставшиеся в чашах Св. Дары. Свои претензии они высказывали эконому Академии о.Николаю Кацубану.
«Ну, что я могу поделать, братья! Закуплено 100 ящиков кагора. Терпите братья!» – ответствовал отец эконом+
Терпеть пришлось около года.
Протоиерей Владимир Сорокин был назначен ректором Питерской Академии. Обращались к нему: «Отец ректор!». В академическом храме одна старушка перед службой спрашивает семинариста:
– А отец Лектор сегодня служить будет?
– Кто?! Лектор?!+ Будет служить, будет! И лекцию в конце прочтет!
В семинарской столовой в обед на столах стоят кастрюльки с супом. Пришли студенты в столовую, семинарист Миша К. приподнял крышку, втянул в себя ароматный парок, струящийся из кастрюльки, и выдохнул:
– «У-у-у, пиш-ш-ш-а богов!»
На вечерней молитве в Академии была введена проповедь. Произносилась она студентами поочередно согласно утвержденному списку. Некоторые закатывали длиннющие проповеди, что вызывало раздражение т.к. всем хотелось скорее идти спать. Однажды вышел на проповедь семинарист Д.
– «Во имя Отца, и Сына и Святого Духа!+» – начал он и замолчал.
– «Во имя Отца, и Сына и Святого Духа!+» – и снова молчание.
– «Во имя Отца, и Сына и Святого Духа+(пауза) Аминь!» – махнул рукой Д. и ушел в алтарь.
– «Спаси Господи!!!» – раздался в ответ дружный рев студентов.
Учился в семинарии студент-украинец Василий Кот. Все звали его только «Кот Василий» и любили спрашивать:
– Василий, как будет по-украински «кот»?
– Кит!
– А, как будет по-украински «кит»?
– Вельрыба!
– А, мы думали «кот»!
Проповедовал студент П. в академическом храме. Проповедь была о милосердном самарянине:
– «Шел по дороге иерей»+ затем подумал и уточнил: – «Еврей!».
В застойные годы в Ленинградской семинарии властями предержащими был навязан предмет «История СССР» и прислан преподаватель – отставной полковник. Речь его была бедна, но очень колоритна. Он постоянно употреблял солдатские словечки «Ядрена вошь» и «Палена мышь». Так на занятиях он хорошо поставленным, зычным, командирским голосом возглашал:
– «И тогда, коммунистическая партия, ЯДРЕНА ВОШЬ, взяла власть в свои руки, ПАЛЕНА МЫШЬ!»
Семинаристы так и прозвали преподавателя – «ПАЛЕНА МЫШЬ», а преподаватели меж собой звали «АСМОДЕЙ».
Проходил стажировку в Питерской Академии иеромонах Ефрем из Франции. Каждое утро с большим рулоном импортной туалетной бумаги он важно шествовал в туалет академического общежития и подолгу там обретался. Приходит к заветным дверям о.Сергий Кузьмин, дергает – занято. Ждет три минуты, затем пять минут. Не выдерживает и начинает колотить в дверь: «Ефрем выходи! Ефрем вылезай!». Из-за двери доносится возмущенный глас: «КАКОЙ УЖАСНЫЙ СТРАНА!! КАКОЙ УЖАСНЫЙ ПОРЬИАДОК!!!»
Однажды целый курс решил сбежать с лекции по древнегреческому языку. О решении курса не знали два иподьякона ректора Артемьев Ганаба. Они пришли на занятие. Звонок. Входит Петр Александрович Дудинов, устремляется за кафедру и открывает журнал.
– Артемьев?
– Есть.
– Ганаба?
– Есть.
– Такой-то?
– Нет.
– Такой-то?
– Нет.
– Такой-то?
– Нет.
Так Петр Александрович перечисляет весь курс, педантично отмечая отсутствующих. После опроса закрывает журнал, откладывает ручку, поднимает глаза, осматривает аудиторию и спрашивает:
– «А где же курс?»
Перед началом богослужения в академическом храме молодые диакона надевают облачение голубого цвета. Одному не хватает ораря.
– Степан, так визьмы жовтый орарь!
– Ни, то е нэможливо!
– Чому?
– Так в украиньскому национализми обвинят!
Идет чередное богослужение в академическом храме. Молодому диакону-студенту однокашники убрали закладку в Апостоле. Выходит тот под солею, раскрывает Апостол и начинает чтение: «Братия-я-я!+», и тут же судорожно ищет нужное чтение. Затем снова возглашает:
«Братия-я-я!+», продолжая листать книгу. Не найдя нужного места, он в сердцах говорит:
– «Это же не братья, а сволочи какие-то!»
В застойные годы о.Августин терпеть не мог власть предержащих и всячески их высмеивал на лекциях в семинарии:
– «Братья, недавно в обществе «Знание» прошел семинар для лекторов по атеистическому воспитанию на знание Евангелия. Так один из вопросов на семинаре был такой: «Где и при каких обстоятельствах Иисус Христос нанес ущерб животноводству Палестины?»
Идет экзамен по Нравственному Богословию в семинарии. Экзаменатор о.Александр Ранне, ассистент о.Софроний. Отвечает священник Андрей Довгань (любимец о.Софрония т.к. часто служит в академическом храме). После ответа на вопрос билета о.Александр задает дополнительный вопрос:
– «Скажите, где в Библии впервые упоминается о гомосексуальной связи?»
Отец Андрей молчит.
Отец Александр: – «Ну, что же Вы не знаете?!»
Отец Софроний: – «Ну и что ж, что не знает! Слава Богу, что не знает! Значит, не интересуется этим. Интересовался бы – точно знал бы!»
В результате о.Андрей получил хорошую оценку.
В застойные годы был в семинарии предмет «Конституция СССР». Вел его преподаватель Медведев Николай Дмитриевич. Студенты очень любили ходить на его занятия т.к. преподавал Николай Дмитриевич живо и интересно:
– Согласно статье + Конституции СССР в Союз Советских Социалистических Республик входят 15 Союзных Республик. Раньше было 16. Была такая Карело-Финская Советская Республика. Но оказалось, что в ней всего два финна – ФИНинспектор и ФИНкельштейн. А потом выяснилось, что это одно лицо!
– Согласно статье + Конституции в СССР существует две формы собственности: государственная и колхозно-кооперативная. Так наши колхозники имеют множество льгот и скидок. Вот подходит колхозник в городе к пивному ларьку:
– Пиво е?
– Е!
– Наливай! +А скидка для колгоспникив е?
– Нема!
– Выливай!»
В конце учебного года Медведев Николай Дмитриевич зачитал годовые оценки по предмету «Конституция СССР». Большинство получило «5», несколько студентов «4». «Если, кто не доволен, может прямо сейчас пересдать», – заявил преподаватель. Все тут же пересдали на «5». Остался лишь священник Степан М-кий, который служил на приходе и ни на одном занятии не был. Стал он пересдавать, но ни на один вопрос не смог ответить. Тогда Николай Дмитриевич обращаясь к классу, сказал: «В прошлом веке был в Петербурге знаменитый адвокат Федор Кони. Пришлось ему в суде защищать одного священника. Дело ясное, батюшка со всех сторон виноват. Но Федор Кони держал речь к присяжным: «Вот стоит перед вами батюшка. Всю свою жизнь он отпускал нам грехи. Так неужели мы ему один грех не простим!» Батюшку оправдали. Так вот, отец Степан за всех за нас молился. Неужели и мы сейчас отцу Степану «5» не поставим? »
– «Поставим!», – дружно поддержал преподавателя класс.
Так о.Степан в аттестате получил «5» по «Конституции СССР».
Идет чередное богослужение в академическом храме. Два первоклассника назначены пономарями. Оба первый раз в алтаре и очень волнуются. Читают «Памятку пономарю», где написано: «На входе вечерни пономари выходят со свечами из алтаря через северные двери». Тут в пономарку заглядывает семинарист-третьеклассник П. Они спрашивают его: «Какие свечи выносить?». «А вон за престолом стоит!» указал он на семисвечник. Хлопцы оказались здоровыми, легко вдвоем схватили семисвечник и резво потащили из алтаря. Отец Софроний узревший семисвечник в северных дверях, вначале опешил, а затем заорал: «Куды потащили ироды?! Неси взад немедленно! Бестолочи!»
Студент Т. был пономарем за чередным богослужением. Напарником оказался семинарист-первогодок. Облачились они в стихари, затем Т. достал две палицы из священнического облачения, одну надел сам, а другую дал новичку: «Надевай сверху, так положено!». Когда они выходили на вечерний вход со свечами, он тихонько свою палицу снял. Идет вход, открываются северные двери и первым из алтаря выходит пономарь с палицей на боку.
Отец Софроний: «Это что еще за явление?! Ты что нацепил на себя! Ты что, протоиерей или архимандрит?! Сымай немедленно!»
В начале 80-х годов в Питерской Академии действовал факультет Африканской христианской молодежи, где училось большое количество эфиопов. За обедом семинарист читает житие святого: «И явишася ему бес, в образе эфиопстем!» И при этом косится в сторону эфиопов. Те, услышав знакомое слово, согласно кивают головами.
Возвращается вечером в Академию студент-эфиоп под градусом. Дежурный помощник инспектора останавливает и спрашивает его:
– Ты, что пил?
Молчание.
– Ты, что пил?
Молчание.
– Я тебя спрашиваю, ты что пил?!
– Молокё-ё-ё!!!
Группа студентов Академии приехала на каникулах в Вологду. В епархиальном управлении их встречал Архиепископ Вологодский Михаил (Мудьюгин):
– «Сердечно рад приветствовать Вас на священной вологодской земле, куда не ступала нога немецкого захватчика! Да кстати, разрешите Вам представить моих ближайших сотрудниц – Августа Карловна! Барбара Фридриховна!»
Когда в академическом храме служил Архиепископ Михаил (Мудьюгин), то перед службой он предупреждал иподиаконов, чтоб они побольше наливали воды в архиерейский кувшин для омовения. Во время службы Владыко долго и с наслаждение плескался и фыркал, умывая не только руки, лицо, но еще и шею. Забрызганным иподиаконам он в конце пояснял:
– «Я люблю не просто ритуальное, а настоящее омовение!»
Застойные годы. В епархиальном управлении Ленинградской митрополии раздается телефонный звонок:
– Алло! Это склад?
– Нет, это епархиальное управление.
– Какое-какое управление?!
– Епархиальное.
– Господи! Ну, сколько же у нас управлений развелось!
Выпускник Питерской Академии о.Николай В. был направлен в Финляндию. Однажды пригласил его в гости финский профессор-славист. Сидят они, общаются час, другой. Наконец супруга профессора ушла на кухню и через некоторое время возвращается с подносом, на котором обретаются три малюсенькие чашечки кофе и тарелочка с пятью печеньицами. Профессор, показывая на печенье:
– «Пперитте. Пперитте мнокка! Пперитте дффа!»
На лекции по Ветхому Завету о.Сергий спрашивает семинариста Воротникова. Тот ничего не может сказать вразумительного.
– Голубчик, да Вы ничего не знаете. Вот, скажите Воротников, что такое «шиворот»?
– Ну, это+ наука такая, наверное+
Вскоре Воротников был отчислен из Семинарии за неуспеваемость.
Идет чередное богослужение в академическом храме. Молодые священник с диаконом выходят из алтаря на малый вход, забыв при этом открыть Царские врата. Выйдя через северные двери на солею, они упираются в закрытые Царские врата и останавливаются в растерянности.
– «Ну а теперь прыгайте!» – подбадривает их отец Софроний.
Идет чередное богослужение в академическом храме. Во время службы молодой диакон забывает поцеловать напрестольное Евангелие. Отец Софроний:
– «Ты что комсомолец?! Евангелие целуй!»
В застойные годы одного студента Академии – иеромонаха Мефодия призвали в армию. Из доблестной советской армии он близким и знакомым посылал письма, где подписывался так:
– «Ваш смиренный богомолец – рядовой иеромонах Мефодий!»
На украинском языке слово «пост» будет «пист». Разговор двух семинаристов из Западной Украины:
– «Микола, ты розумий, шо сало – сила, а пист – могила!»
Оставьте комментарий